Животные на военной службе

Сухопутных животных приспособили для военного дела почти сразу, как одомашили собаку и лошадь. А как дела обстоят с морскими обитателями?

«Я присутствовал на военных учениях, когда дельфины занимались поиском диверсантов в Севастопольской бухте, – вспоминает потрясающую историю руководитель группы морских млекопитающих НИИ проблем экологии и эволюции РАН Лев Мухаметов. – Зрелище незабываемое. Вход в порт там очень узкий, всего 700 м. На берегу стояли постоянные клетчатые вольеры, в которых и содержались животные. Афалины при помощи своего природного сонара, даже сидя взаперти, способны замечать любой подводный объект на дальности примерно полкилометра. Так вот, обнаружив пловцов, они нажимали на специальную педаль. В воздух поднималась ракета, и раздавался сигнал тревоги. Потом зверь вставал так, что указывал носом примерное местоположение «гостя». После чего он нажимал на другую педаль, и двери вольера открывались. Дельфин несся к нарушителю и обезвреживал его». Действительно, возможности афалин поражали – они обнаруживали диверсантов в 80% случаев, ночью этот показатель несколько снижался – 28–60%, но это не выходя из прибрежного вольера. Находясь в открытом море, дельфин обнаруживал пловца в 99% случаев.

Забастовка камикадзе

Впрочем, в свое время аналитики ВМФ двух супердержав все же вынашивали идею превратить дельфинов в подводных камикадзе. «Существующие технологии и технические средства позволяли добиться этого, – рассказывает Александр Супин. – Пропуская через определенные зоны мозга электрический ток, можно создать иллюзию громких звуков или световых вспышек. Если вспышка следует с одной стороны, животное пугается ее и плывет в другую. Этим самым и обеспечивается управление его движениями вправо или влево. Так же можно заставить его остановиться или плыть быстрее. Например, в сторону корабля с миной на спине. Но от этих опытов быстро отказались».

Фиаско на этом поприще потерпели и американцы: как только один из дельфинов с базы в Сан-Диего взорвал себя вместе с макетом эсминца условного противника, вся остальные немедля объявили забастовку. «Вся стая устроила тогда настоящую демонстрацию протеста, – вспоминает доктор Аарон Зильберман. – Они сбились в кучу, издавали громкие крики, не повиновались инструкторам и вообще вели себя крайне агрессивно. Слава Богу, военным хватило ума, чтобы понять, где проходит граница дозволенного. Впоследствии француз Робер Мерль написал великолепный роман «Разумное животное», в котором доказал обреченность любых попыток сломать природу дельфина и заставить его жертвовать собой в военных играх человека». Тогда инструкторы решили перепрофилировать всю группу на поиск потерянных торпед и вражеских мин – и дельфины с охотой этому повиновались.

Благодарность дельфинам

Может быть, стоит тогда все же прислушаться к словам известного французского ныряльщика Жака Майоля (он является первым человеком, погрузившимся на глубину 100 м без баллона с кислородом), который как-то грустно обронил: «Лучшим способом выразить дельфинам нашу благодарность было бы оставить их в покое. Во многом они, бесспорно, превзошли нас хотя бы уже потому, что им от нас ничего не нужно...»

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 






Закрыть